Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Центр народной культуры г. Вологда

Узнайте больше о традиционной культуре

Балакшина С.Р. Динамика изменений музыкально-песенных традиций Вологодской области на протяжении последних десятилетий ХХ века (на примере локальной фольклорной традиции Великоустюгского района)

С.Р. Балакшина (Областной научно-методический центр культуры и повышения квалификации)
Динамика изменений музыкально-песенных традиций Вологодской области на протяжении последних десятилетий XX века
(на примере локальной фольклорной традиции Великоустюгского района)
В сборнике: На пути к возрождению: Опыт освоения традиций народной культуры Вологодской области. Вологда, 2001.
Проблемы изучения, сохранения и восстановления традиций народной культуры в настоящее время особенно остро стоят как перед учеными, так и перед фольклористами-практиками. Их актуальность понятна всем — из жизни уходят последние знатоки — народные исполнители и мастера, владеющие содержанием этнической культуры и умеющие воплощать его в заданные региональными традициями формы. Поэтому именно теперь наиболее важными задачами являются обеспечение преемственных связей между ними и новыми поколениями, адекватное воссоздание в современных условиях опыта и знаний наших предков.

И ученые, и фольклористы-практики параллельно ищут пути решения этих задач. Наука собирает и изучает факты этнической культуры с целью выявления ее характерных особенностей, пытается определить значимость народных традиций для современной культурно-экологической ситуации. Практика внедряет формы традиционной культуры и фольклора в современный социокультурный контекст и, тем самым, приобщает к историко-культурному наследию широкие слои населения, включает их в процессы этнокультурного возрождения. Но, к сожалению, зачастую в решении этих задач наука и практика не всегда находят точки соприкосновения между собой. В результате, прикладные научные разработки оказываются невостребованными практикой. А сама она, в силу незнания специфики и законов функционирования и развития фольклора, неумения адекватно воссоздать его содержание и формы, не обеспечивает действенного решения проблемы удержания культурных традиций от распада.

В настоящее время представляется возможным провести анализ динамики изменений, происходящих в фольклорной традиции на протяжении последних тридцати лет. Это, помимо оценки современного состояния народно-песенной культуры, поможет выявить ее наиболее подверженные разрушению стороны, на сохранение и удержание которых следует обратить самое пристальное внимание в практической деятельности.

Предметом анализа является локальная фольклорная традиция деревни Чернево Орловского сельсовета Великоустюгского района, представленная в записях 1968 и 1999 гг. 1 В качестве сравнительного материала привлекаются также экспедиционные записи аутентичных ансамблей деревень Мякинницыно и Ворошнино Верхневарженского сельсовета в записях 1976 г. Зафиксированные в разное время фольклорно-этнографические материалы представляют традиции Орловского и Верхневарженского сельсоветов, которые, безусловно, относятся к единой локальной музыкально-диалектной зоне. Об этом свидетельствуют и их территориальная близость (см. карту), и единый в типологическом отношении корпус фольклорных текстов, и ряд других устойчивых признаков.

Предлагаемый сравнительный анализ одних и тех же песен, записанных в 1968, 1976 и 1999 годах, в качестве ведущих затронет музыкально-стилевые закономерности (особенности многоголосия, голосоведения, некоторые метроритмические закономерности, музыкально-исполнительские характеристики), а также особенности контекста бытования фольклорных текстов и их жанрово-стилевую принадлежность. 3

Местный песенно-музыкальный стиль характеризуется развитыми формами многоголосия. В певческом ансамбле самостоятельную функцию выполняет верхний подголосок, опирающийся на своеобразную “основу” всего звучания, которую составляют нижние и средние голоса. Мелодические линии, гибко варьируя между собой, подчиняются закономерностям голосоведения, своеобразной логике музыкального развития, и лишь в некоторые особо значимые моменты напева (связанные с ладовыми опорами) вся многоголосная фактура выстраивается в унисон.

Сравнение фольклорных образцов позволяет обнаружить в исполнении 1999 года упрощение многоголосной фактуры напевов, выделение одной ведущей мелодической линии, проводимой всем ансамблем. В записях 1999 года двухголосное расслоение голосов возникает лишь в кадансовых разделах формы. Так, например, в свадебном “опевальном” напеве за основу берется нижний подголосок, проводимый в унисон на протяжении всей песенной строфы, и лишь на предпоследних трех долях кадансовой попевки появляется верхний терцовый подголосок (см. Примеры 1 — 1а, а также 3 — 3а). В напеве “долгих” частушек, где ранее в многоголосии ведущую мелодическую роль выполнял верхний голос, в исполнении 1999 г. фактически лишь он один и остался, утратив ярко колористические нижние квинтово-терцовые подголоски (см. Примеры 4 — 4а).

Такие изменения, коснувшиеся одного из специфически ярких признаков музыкального стиля великоустюгской песенной традиции — развитого многоголосия — как одного из диалектно-дифференцирующих признаков любой традиции, могут объясняться разными обстоятельствами. Но, пожалуй, одной из основных причин следует назвать сам характер освоения фольклорных образцов участниками современного этнографического коллектива д. Чернево, которые перенимали напевы всего лишь от одной пожилой певицы, владеющей традицией.

Упрощение песенного материала в записях 1999 г. обнаруживается также и при анализе метроритмических закономерностей напевов. Если в записях 60-70-х гг. характер внутреннего развертывания мелодической линии, насыщенной “мелкой” разработанной ритмикой внутрислоговых распевов, отличается особой динамикой, а также подвижной и гибкой ритмической пульсацией, то в записях 1999 г. наблюдается общая тенденция к свертыванию и обобщению ритмики (см. Примеры 1 — 1а, 2 — 2а, 3 —3а и др.).

Утрата некоторых элементов фольклорных текстов приводит порой к трансформациям, касающимся их жанровой специфики. Так, например, в исполнении современного этнографического коллектива д. Чернево хороводная песня “Чуют, чуют кудерка”, имеющая распространенный в местных традициях рекрутский сюжет о побеге рекрута со службы, утратила хореографический элемент и исполняется как рекрутская. Между тем, комментарии носителей Великоустюгской традиции, зафиксированные ранее, и музыкально-стилевые закономерности песни (припев “ляли, ляли, люшеньки” как устойчивый композиционный раздел, метроритмические особенности, характерные для форм, связанных с хореографическим движением и др.) свидетельствуют о ее жанровой принадлежности к группе традиционных песенно-хореографичес-ких форм. В данном случае утрата хореографического элемента приводит не только к искажению формы фольклорного произведения при его демонстрации на сцене, но и к изменению некоторых содержательно-выразительных особенностей. Так, жанровая трансформация песни — от хороводной к рекрутской — влияет на смену характера ее исполнения, которое приобретает особую ритмо-акцентную пульсацию, маркированность долей и ряд других исполнительских особенностей, характерных для строевых, маршевых (ходовых) песен.

Выявленные в рамках сравнительного анализа некоторые структурные различия фольклорных образцов, записанных в 1968, 1976 годах и в 1999 году, позволяют связывать их, в первую очередь, с историческими процессами развития и изменения фольклорных традиций. Традиции развиваются, трансформируются, а с ними меняются и фольклорные явления. Степень их современной сохранности зачастую не отражает адекватно их характерные свойства и особенности, не может дать исследователям и практикам полноценный в содержательном и структурном отношениях материал. Именно поэтому фольклорно-этнографические материалы в записях более позднего периода (1990-е гг.) вряд ли могут быть безусловными образцами для восстановления локальных традиций без учета материалов, зафиксированных на более ранних этапах и отражающих традиции в более сохранном и качественном виде. Для такого использования необходим специальный научный анализ материалов, который выявит степень их сохранности и соответствия местной традиции.

В связи с этим, перспективным представляется объединение коллекций, отражающих народные традиции Вологодчины на разных временных срезах. Проект по формированию Централизованного фонда фольклорно-этнографических материалов Вологодской области в настоящее время реализуется областным научно-методическим центром культуры. Основу фонда составляют переданные в ОНМЦК вологодские коллекции Санкт-Петербургского фольклорно-этнографического центра, включающие в себя записи, полученные в научных экспедициях Санкт-Петербургской консерватории, начиная с 1960-х годов. Ранние записи фольклорных образцов обладают особой ценностью и даже уникальностью, поскольку многие из них уже невозможно повторить на современном этапе. В Централизованный фонд войдут также собственные экспедиционные коллекции ОНМЦК и будут привлекаться коллекции районных центров народной традиционной культуры и других государственных учреждений и отдельных лиц, заинтересованных в объединении имеющейся информации по локальным традициям и сохранности своих материалов, продублированных в фонде, имеющем статус государственного хранилища.

 

Образци напевов

Пример 1: свадебная песня “Вилась, вилась ветоцька” (д. Чернево, 173-01, 1968 г.)

Пример 1а: свадебная песня “Подружки-голубушки” (д. Чернево, 02-07, 1999 г.)

 

Пример 2: свадебная песня “Ой, вьюн-от на реке (д. Чернево, 173-06, 1968 г.)

 

Пример 2а: свадебная песня “Ой, вьюн-от на реке” (д. Чернево, 02-08, 1999 г.)

 

Пример 3: хороводная песня “Чуют, чуют кудерка”  (д. Ворошнино, 582-28, 1976 г.)

 

Пример 3а: хороводная песня “Чуют, чуют кудерка”  (д. Чернево, 02-03, 1999 г.)

 

Пример 4: частушки “на пологий голос”  (д. Мякинницыно, 582-27, 1976 г.)

 

Пример 4а: частушки “на пологий голос”  (д. Чернево, 02-12, 1999 г.)

Примечания

1. В 1968 г. записи выполнены экспедицией Ленинградской консерватории (при цитировании указывается нумерация по фонду Санкт-Петербургского Фольклорно-этнографического центра). Материалы в записях 1999 г. зафиксированы от этнографического коллектива д. Чернево Орловского дома культуры сотрудниками Вологодского областного научно-методического центра культуры (при цитировании указывается нумерация по фонду ОНМЦК). Нотации всех образцов выполнены автором настоящей статьи.

2. Материалы в записях 1976 года зафиксированы фольклорными экспедициями Ленинградской консерватории. Образцы напевов, используемые в настоящей статье (Примеры 3, 4) цитируются по публикации: Мельник Е.  Варженские певицы и их песни. М., 1986. С. 39 (№ 12), с. 43-44 (№ 15). См. также: Грампластинка «Фольклорный ансамбль деревень Ворошнино и Мякинницыно Вологодской области». 1979 (С 22—11709—10).

3. Сравнение поэтических текстов свадебных, лирических, хороводных песен показало, что изменения коснулись также и особенностей местного поэтического диалекта, но поскольку этот вопрос здесь специально не рассматривается, назовем  лишь некоторые из них. Так, например, одна из особенностей не только великоустюгского говора, но и в целом диалектов восточной части Вологодской области, ярко проявляющаяся в песенном материале — мягкое «цоканье» (в т.ч., замена «ч» на мягкое «ць») — утрачивается и сводится к литературным нормам произнесения: цюжих - чужих; нецево - нечево; цуют — чуют; на цясах - на часах; руцьки - ручки и т.д. Кроме того, необходимо отметить, что такие особенности, как мягкое произнесение «л’», обозначаемое в диалектологии как «л» среднеевропейское, «близкое» фонетическое произнесение в песенной речи гласных «а», «я», «е», «ё», «и» и др., также обнаруживают тенденцию к унификации и приближению к литературному произношению.


Возврат к списку

 





Новые издания

Заказать почтой

Полезные ссылки

Задать вопрос

Блоги районов

В блоге пока нет сообщений


Новое на форуме